Паровозик был совсем маленький. Такой маленький, что даже боялся ездить по рельсам. Другие паровозики над ним смеялись. Мама-паровозик его уговаривала:

– Ну прокатись разочек. Смотри, как просто!

Папа паровозик приходил с работы, потом кушал уголька и начинал ругать маленький паровозик. Но ничего не помогало.

– Я боюсь, рельсы такие скользкие, – говорил паровозик, – я поскользнусь и упаду. А если упаду, то больно ударюсь, рельсы ведь такие твердые!

– Трусишка, трусишка! – начали дразниться братики и сестрички, тоже маленькие паровозики. Они все умели кататься по рельсам и ни капельки не боялись.

Пальчики жили в маленьком красном домике. На домике были черные и белые пятнышки и он назывался рукавичкой. Все пальчики жили дружно и вместе, только один пальчик не хотел жить со всеми. "Бу-бу-бу", говорил он, "я лучше сам без вас посижу". Был он тостенький и коротенький, а все его называли большим. В маленьком красном домике было очень чисто и не было никаких вещей – как только что-то появлялось, например, бумажка, или палочка, или гвоздик, пальчики сразу начинали с ним баловаться, а потом выбрасывали. Такие они были аккуратные.

Однажды пальчики решили выйти из своего домика. Они сначала выглянули, посмотрели по сторонам, а потом убежали. На улице было интересно играться, но мама их увидела и сказала вернуться. Но они не вернулись в рукавичку, они пошли в другой домик, в карманчик.

Фломастеры жили в круглой баночке, которая стояла на столе. Баночка была прозрачна, поэтому они видели все вокруг. Возле стола было окно, поэтому фломастеры видели улицу, деревья и небо. По небу плыли облака, нарисованные большим белым фломастером. А под небом росли деревья, нарисованные большим зеленым фломастером. Когда наступил вечер, с неба исчезло солнце, наверное, его закрасил большой синий фломастер. Потом большой черный фломастер покрасил стены в комнате и они стали черными. Потом он покрасил листья деревьев. Из зеленых они стали серыми. Потом фиолетовый фломастер покрасил небо, а желтый нарисовал на нем луну. Маленький фломастерам в коробочке не хотелось спать. Ведь все было такое интересное и такое разноцветное! Им хотелось рисовать на листочках которые остались на столе.

Весь день они рисовали веселые каляки-маляки и еще не наигрались. Но они знали, что ночью надо спать. Вместе с ними в коробочке лежал оранжевый карандашик.

Как-то раз фломастерам надоело рисовать каляки-маляки и они решили нарисовать портрет девочки Ани. Желтый фломастер нарисовал носик. Красный фломастер нарисовал ручки и ножки. Синий фломастер нарисовал животик. А зеленый фломастер все раскрасил. Так получилась девочка Уня, потому что на девочку Аню она была совсем непохожа.

– Как красиво! – сказали фломастеры, – теперь надо научить ее ходить.

И они пошли к часикам и попросили, чтобы часики научили Уню ходить.

– Хорошо, – сказали часики, – мы научим Уню ходить. Но только она будет ходить и говорить: "тик-так, тик-так".

Снежинка жила высоко в небе, на высокой-высокой тучке. Она была очень маленькая и очень непослушная. Когда ей говорили: "пойдем гулять", она отвечала:

– Не пойду!

Когда ей говорили: "ну и оставайся тогда дома", она кричала:

– Я гулять хочу!

Когда ей говорили: "кушай кашку", она кричала:

– Не хочу, не буду!

Когда Аня родилась, она была очень маленькая, вот такая примерно, даже еще меньше. Вместе с нею родилась и Хныкалка. Хныкалка была кругленькая, как пуговичка, с маленькими ручками и ножками, с зеленым мокрым носиком и, конечно, она всегда хныкала.

Хныкалка приходила к Ане, садилась ей на плечо и говорила:

– Хны-хны, давай похныкаем вместе.

И Аня соглашалась. Они хныкали утром, хныкали днем, хныкали вечером и даже ночью. Ночью Хныкалка приходила к Ане, будила ее, садилась на плечо и начинала хныкать. К утру Хныкалка уставала и ложилась спать. Поэтому с утра Аня никогда не хныкала.

Завелся однажды в игрушках маленький Кусь-кусь. Был он и черный, и синий, и зеленый, и красный, а иногда даже желтый, белый и серый. Иногда он был блестящий, иногда с нарисованным цветочком на спине, а иногда на животике. Был у него большой ротик и в ротике красивые разноцветные зубки. Кусь-кусь был очень маленький, поэтому он много спал. Как только он закрывал глазки, к нему прибегали интересные-преинтересные сны и начинали показывать мультфильмы. Сны дружили с Кусь-кусем и Кусь-кусь дружил с ними.

Вначале Кусь-кусь был очень маленький и кусал только самые маленькие игрушки: детальки от мозаики. Детальки его боялись и разбегались в разные стороны. Они прятались от Кусь-куся под стол, под шкаф, под диван и даже под холодильник. Поэтому когда мама подметала пол, она находила маленькие детальки везде – и под столом, и под шкафом, и под диваном, и даже под холодильником. И складывала их в коробочку. Но они снова убегали.

Когда девочка Уня научилась ходить и говорить, фломастеры захотели научить ее спать. Сначала красный фломастер покачал ее на ручках, но Уня не заснула.

Потом синий фломастер покачал ее на ручках, но Уня не заснула. Потом зеленый фломастер покачал ее на ручках, но Уня не заснула. Дольше всех качал ее на ручках желтый фломастер, но Уня все равно не уснула.

Тогда фломастеры начали рассказывать Уне сказки. Они рассказали все сказки, которые знали, но Уня все равно не засыпала. Тогда они решили поругать Уню, но

Уня стала плакать так громко, что разбудила все карандашики, все книжки и все тетрадки на столе.

Три цветочка жили на окне в одной баночке. Два цветочка, желтый и красный, были хорошие, а синий цветочек был жадиной. Солнца в окошке на всех хватало, но синий цветочек хотел забрать все солнышко себе. Когда светило солнце, он говорил:

– Это мое солнышко, я все заберу, я вам не дам.

Он расставлял так свои листочки, чтобы забрать все солнышко себе.

Желтый и красный цветочки говорили синему:

– Ну зачем ты жадничаешь, солнышка много, всем хватит, бери сколько хочешь, только не жадничай.

Жил-был маленький домик. В нем жили маленькая мама, маленький папа, маленькая девочка, маленький мальчик, маленькая собачка, маленькая кошка и маленькая мышка. Они все сидели или лежали, но ничего не делали. Маленькая мама говорила маленькому папе:

– Пойди закрой окно.

– Нет, – говорил маленький папа, – я не умею, я маленький.

Маленький папа говорил маленькой маме:

– Пойди свари борщ.

– Нет, – говорила маленькая мама, – я маленькая, я не могу.

Когда стало темно, все отправились спать: отправились спать и ручки, и ножки, и ушки, и глазки, даже спинка и животик. А первым пошел спать носик, потому что ему хотелось спать сильнее всего. Когда все легли, ротик открылся и зевнул. Носик сразу заснул и стал дышать тихонько, как мышка. Пальчики спать не хотели и баловались друг с другом. Но скоро они устали и успокоились.

Глазки очень хотели спать, но все вокруг было такое интересное, что они не закрывались.

– Я больше не могу, – сказал один глазик и закрылся.

– Эх ты, – сказал второй глазик и продолжал смотреть.

Когда фломастеры выспались, они захотели научить Уню рисовать. Желтый фломастер нарисовал желтый бананчик. Синий фломастер нарисовал синюю водичку.

Красный фломастер нарисовал красную машинку. А зеленый фломастер нарисовал зеленый огуречек. Все картинки получились очень красивые.

– Ура! Настоящая живопись! – сказали фломастеры.

– Теперь бери меня за шейку, – сказал желтый фломастер, – и рисуй бананчик.

Уня взяла желтый фломастер за шейку и нарисовала солнышко. Солнышко получилось такое красивое, что Уня даже захлопала в ладошки. Фломастер упал со стола и закатился под диван.

Непослушное мыло жило на бортике ванны. Оно было такое скользкое, что все время выскакивало из пальцев. Оно очень любило нырять, прятаться и убегать.

Нырнет на дно ванны, спрячется там и сидит тихо-тихо. Когда мыло ныряло, пальчики звали на помощь глазики; глазики смотрели и говорили:

– А вот оно где спряталось!

А когда пальчики его находили, мыло опять выскальзывало и убегало.

Так оно могло бегать очень долго. И когда оно бегало, вода становилась мыльная, и пальчикам было все труднее искать, потому что глазики им не помогали.

Два зеленых листика слезли с веточки и пошли к своей бабушке. Бабушка жила на другом краю леса и идти к ней было далеко. Листикам стало скучно.

– Давай танцевать, – сказал один листик.

– Давай, – согласился другой.

И они стали танцевать. Но когда они танцевали, идти не получалось.

– Так мы никогда не дойдем до бабушки, – сказал первый листик. – Давай лучше будем петь.

– Давай, – согласился второй листик, – только я не умею.

Жил-был нарисованный стульчик. Он был очень маленький и жил на бумажном листке. Однажды он увидел большой настоящий стул и спросил у него:

– А когда я вырасту, я буду таким же большим как ты?

– Нет, – ответил большой настоящий стул, – ты не вырастешь, потому что нарисованные стульчики не растут. Растут только настоящие деревянные стульчики.

Тогда нарисованный стульчик расстроился и стал плакать. Его услышал старый-престарый стул.

– Почему ты плачешь? – спросил он.

Жили-были две ручки. Пальчики у них были одинаковые и рукавчики тоже одинаковые, но характер разный. Одна ручка все время толкалась и звали ее ручка-толкушка. Вторая ручка все время спрашивала "почему?" и звали ее ручка-почемучка.

Ручка-толкушка толкала всех подряд. Толкала стульчики, тапочки, толкала стены и диванчик, а особенно любила толкать столик на кухне, потому что чашки тогда пугались и кричали от страха: "дзынь-дзынь-дзынь!" Она толкала кошку, толкала девочек и мальчиков и даже толкала ручку-почемучку.

– Я всех толкаю, а меня никто не толкает! Я всех толкаю, а меня никто не толкает! – радовалась она.

– А почему ты толкаешься? – спрашивала ручка-почемучка.

 

Жила-была девочка, которая говорила очень много слов. Слова были все разные: и "бум-бум-бум", и "зю-зю-зю", и «тук-тук» и, конечно, «мама» и "папа".

И очень много других слов, для которых даже букв не бывает. И вот однажды она нашла волшебное слово.

Как только она сказала волшебное слово, то превратилась в телепузика. Но телепузиком ей было неинтересно, потому что она не знала, что телепузики делают.

Тогда она опять сказала волшебное слово и превратилась в разбойника. Она стала бегать по комнате, махать руками и разбрасывать игрушки. А когда она устала быть разбойником, то опять сказала волшебное слово и превратилась в маму. Когда она превратилась в маму, то стала воспитывать игрушки. Она взяла мишку и сказала ему:

Когда маленькая Уня научилась говорить, спать и рисовать, фломастеры уже так устали, что больше не хотели ее учить.

– Давайте нарисуем себе домик, предложил желтый фломастер, – нарисуем домик и будем в нем жить. В домике нарисуем телевизор. Я буду бабушкой и буду сидеть в кресле и смотреть телевизор.

– А я буду дедушкой, – обрадовался красный фломастер, я буду сидеть на диванчике и читать газетку.

– Тогда я буду папой, – сказал синий фломастер, – я буду сидеть на кухне и кушать борщик из тарелочки.

– А я буду мамой, – сказал зеленый фломастер, – меня будут любить больше всех.

Жил-был неправильный дедушка. Все что он делал, было неправильно. Однажды он забыл покормить коровку и коровка дала мало молока. Неправильный дедушка очень рассердился, начал махать руками и кричать на коровку:

– Почему ты дала так мало молока? А ну говори!

Корова очень испугалась и сказала:

– Я не виновата. Это виновата свинья. Она ко мне приходила и специально так противно хрюкала, что молока получилось мало.

– Ага! – сказал неправильный дедушка. – Сейчас пойду и найду свинью.

Нашел он свинью и спрашивает:

– А ну говори мне зачем ты неправильно хрюкала!

Жили-были друзья: мандаринка и баначик. Однажды бананчик не послушался маму и вышел на улицу без шарфика. Он простудился, стал кашлять и чихать. Его закутывали в теплый платочек, парили ножки и ставили горчичники, но ничего не помогало – бананчик кашлял и чихал все больше и больше.

– Я тебе помогу, – сказала мандаринка. – Я принесу тебе лекарство.

И она пошла за лекарством. Идти было далеко, поэтому мандаринка пошла сразу и очень спешила.

По дороге ей встретилась речка. В речке плавали рыбки.

– Рыбки-рыбки, помогите мне, – попросила мандаринка, – я иду за лекарством для бананчика, который простудился.

Возле дома стояла качелька. Была она зеленая и красивая. С утра до вечера на ней катались хорошие маленькие детки, а с вечера до утра на ней катались плохие большие детки. Поэтому качельке даже некогда было поспать. Качалась она, качалась и устала.

– Все, – сказала качелька, – я устала. Не буду качаться, пока не отдохну.

К ней подошел маленький мальчик и попробовал ее качнуть. Но качелька не качалась. Мальчик стал толкать качельку ножкой. Но качелька не качалась. Тогда мальчик поднял палочку и побил качельку. Но качелька все равно не качалась.

Маленький мальчик пошел к своему большому папе и пожаловался на качельку.

Большой папа пришел и попробовал раскачать качельку. Но качелька не качалась.

Однажды неправильный дедушка собрался в гости к неправильной бабушке. Он надел свою самую неправильную рубашку, самые неправильные штаны и самые неправильные тапочки. Потом нарвал неправильных цветочков (это были неправильные розы) и пошел. Возле забора паслась корова. Она посмотрела на неправильного дедушку и сказала:

– Мууу, ужас! Розы – они такие колючие и невкусные. Разве можно идти в гости с розами? Гораздо лучше взять с собой зеленой травки.

Неправильный дедушка послушался, вернулся и нарвал зеленой травки. Когда он выходил из ворот, то встретил свинью.

– Хрю-хрю, сказала свинья. Зеленую травку, конечно, кушать можно, но ведро хлебных корочек – это намного лучше. Ведро хлебных корочек – это самый лучший подарок.

А листики зеленые шли в гости к своей бабушке. Они шли и пели песенку.

Однажды они встретили цветочек.

– Куда вы идете? – спросил цветочек.

– Мы идем к своей бабушке, она живет на другом краю леса, – сказали листики зеленые.

– Это так далеко, – сказал цветочек, – вы не дойдете и завянете. – Я родился только три дня назад и уже сегодня завяну. А я был такой красивый! Вы тоже скоро завянете.

– Нет, – сказали листики зеленые, – ты завял, потому что ты стоишь на месте и ничего не делаешь. А мы все время ходим, тренируемся и делаем зарядку. Мы умеем делать наклоны, шпагатик и даже кувырок.

Жила-была маленькая колясочка. Она стояла под столом или ездила по комнате туда-сюда. Но на улицу она еще не выходила, потому что была маленькой. Ей было очень интересно посмотреть, что там такое на улице. Она заглядывала в окошко, но видела в окошке только синее небо, потому что была маленькая и смотрела снизу. И вот один раз она спросила девочку:

– А что, там на улице только синее небо?

– Нет, – ответила девочка, – там еще зеленые деревья, серый асфальт и разноцветные платьица на всяких тетях.

– Ой, – сказала колясочка, – я тоже хочу на улицу, – возьми меня с собой, пожалуйста!

Девочка как раз собиралась пойти к бабушке и она согласилась взять колясочку.

Жил-был дедушка Бабай. Каждый вечер он выходил на улицу, заглядывал в окошки и, если видел непослушного мальчика или девочку, то садил в большой мешок и забирал от папы и мамы. И каждый вечер он набирал целый мешок мальчиков и целый мешок девочек. Мешок для мальчиков был синий, а мешок для девочек был желтый, всего два мешка. И вот один раз собрал он целый большой мешок непослушных мальчиков, а мешок непослушных девочек не смог собрать, потому что одной непослушной девочки ему не хватило.

Стал он летать и заглядывать в окошки – где бы найти непослушную девочку?

Нигде ее нет. И вот видит он – лежит на кроватке девочка и не спит. Наверное, она непослушная, – решил дедушка Бабай, – сейчас я ее заберу.

Пришла однажды киска Алиска к маленькой девочке Ане и говорит:

– Давай поменяемся. Я буду девочкой, а ты будешь кошечкой. Хорошо?

– Хорошо, – ответила Аня и поменялась с киской Алиской.

Стала она кошечкой. Сначала пошла она на кухню и попила молочка. Потом запрыгнула на окно и стала облизывать себе лапку. Потом поспала и опять попила молочка. А потом ей стало скучно.

– Мяу! – сказала Аня, – где киска Алиска? Я хочу поменяться обратно!

Мыло жило в красивом маленьком домике, который назывался "мыльница". Домик был весь розовый, в пупырышках и прямоугольный. Мыло очень любило свой домик, так любило, что даже захотело написать на нем название. Оно взяло карандашик и написало. Но мыло перепутало буквы и вместо буквы "ы", которая в слове мЫльница, написало букву «е» и получилось… Что получилось? Правильно, получилась мЕльница.

Проснулось мыло на следующее утро и видит: нет мыльницы. А вместо мыльницы стоит большой-пребольшой домик с крыльями, крылья вращаются, и написано на домике: мЕльница. Зашло мыло в домик, походило, походило и думает: не могу я жить в таком большом домике, хочу свою мыльницу обратно!

Жил-был был хвастливый петушок. Он всегда хвастался. Когда он гулял с другими петушками, то говорил:

– Я самый красивый! Хвостик у меня самый разноцветный! Носик у меня самый острый!

Когда он гулял с курочками, – то говорил:

– Я могу найти самые вкусные зернышки. Я могу снести самое большое яичко!

Курочки ему не верили, но молчали, потому что были вежливые.

Когда он гулял с маленькими гусятами, он говорил:

– Я умею щипаться больнее всех! Все меня боятся и все от меня убегают!

Жил был трусливый зайчик, который никогда ни с кем не играл. Играть ему, конечно, хотелось, только вот страшно было. Как только захочет кто-нибудь с ним поиграть, так зайчик сразу пугается и убегает. Другие зайчики играли в куклы, играли с машинками, играли в доктора и в магазин, играли в маму и папу, а трусливый зайчик ни во что не играл, потому что боялся.

Шел он однажды по лесу и плакал. А когда уморился, то сел под кустик и перестал. Вдруг слышит – что такое? – под кустиком еще кто-то плачет. Посмотрел он и увидел другого зайчика.

– А почему ты плачешь? – спрашивает он.

– Потому что я трусишка, всего боюсь, – отвечает второй зайчик.

– Вот хорошо! – обрадовался зайчик, – я тоже трусишка, я тоже всего боюсь.

Зашли однажды листики зеленые в комнату, где было много игрушек. Были тут и львы, и медведи и петушки, были собачки, кошечки, конечно, были куклы и машинки.

Было даже два дельфинчика, одна лягушка, одна мельница и три юлы. И все игрушки лежали и ничего не делали.

– Не скучно вам всем лежать? – спросили листики.

– Скучно, – ответили игрушки. – но мы такие слабенькие и ленивые, мы не хотим вставать.

– Вы, наверно, и зарядки не делаете? – спросили листики.

– Нет, не делаем, – ответили игрушки.

Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru